ПОЛИТИКА

Алексей Мартынов: «Политика и бизнес — несовместимы»

Один из основателей крупнейшей финансово-промышленный группы «Приват», человек, который с завидной регулярностью входит в ТОП-10 самых богатых людей страны. В 2010-м году журнал «Корреспондент» назвал Алексея Мартынова самым закрытым бизнесменом Украины, объясняя это тем, что издание три года добивалось записи интервью с ним.

Сегодня, спустя девять лет, Алексей с удовольствием общается с журналистами. Только предпочитает говорить не о бизнес-активах, а о спорте и своих воспитанниках. Его всегда можно встретить на воднолыжной базе, которую он же и построил, и которая является одной из лучших во всем мире. Туда мы и отправились: посмотрели за выступлениями спортсменов в рамках закрытия сезона и попытались выяснить секрет успеха Алексея Мартынова.

— 13 лет назад, когда вы всё это задумали и начали реализовывать, как вы себе видели конечный результат. Он на данный момент уже близок? Вы добились того, что ставили первоначально? 

— Знаете, я ставил сначала одни цели … ну, например, стать чемпионами Европы — мы ими стали. У нас там несколько чемпионов мира, у нас несколько рекордов мира, рекорд Европы, у нас в трамплине чемпион мира в «до семнадцати». Ну, то есть мы на самом деле то, что я планировал, наверное, уже давным-давно сделали. Просто же вы, когда садитесь за какую-то трапезу, у вас аппетит приходит во время еды. На самом деле, вершина всех достижений, которые могут быть в спорте — это чемпионат мира. Самое высокое достижение на чемпионате мира — это командное золото. Я не говорю про личные, личные это, так сказать, тоже важные для каждого, но командное золото — это самое дорогое. Я, наверное, эту цель поставил на следующие пять лет. Мы не шутим здесь, мы серьезно работаем: с самого утра до девяти вечера у нас тренировки. То есть, ребята тренируются по два-три раза в день, у них один выходной, и так 13 лет. Это профессиональный спорт, мы не занимаемся физкультурой. Тяжелая работа с утра до ночи, включая психологическую, моральную подготовку, включая гимнастическую подготовку. Сегодня вы чемпионаты мира на одном энтузиазме не выиграете.

— Образно говоря, из ста пришедших попробовать остаётся один или может не остаться ни одного? Как вы рассматриваете то самое «зерно» таланта?

— Это такие песчинки, бриллиантики. Они есть. Просто их надо увидеть. Идеальный для нас вариант — это гимнасты. То есть маленькие гимнасты. На них смотреть, и из этих координированных ребят, которых уже отсеяли, можно найти. Гимнастика — это великолепный спорт, классный, мне он очень нравится. Понимаете, ребёнок, который пошёл на гимнастику в Днепре — он теоретически может стать чемпионом Украины, да и практически может стать, но дальше понятно … перспективы ограничены. Здесь в этом спорте мы создали базу, создали систему подготовки такую, при которой вы потенциально можете быть чемпионом мира. Каждый из тех, который здесь выступает.

— Почему вы в какой-то момент решили вкладывать в это так много себя?

— Я люблю просто. Почему мне не заниматься тем, чем мне нравится. Ну, и потом, это еще плюс патриотично. С моей точки зрения, очень достойно. Не всем же брать взятки и «хапать», кто-то должен отдавать. Я вот свой долг Родине, которая меня вырастила, возвращаю таким образом и всё.

— Остаётся время на что-то ещё?

— Остаётся, конечно. У меня много детей, у меня семья большая. У меня есть чем заниматься: какой-то бизнес плюс какие-то вопросы. Я живу такой же жизнью, какой живут все. Здесь просто не я один занимаюсь, это целая система: тренеры, мотористы, директор клуба, массажист. Это целый состав, просто этим составом надо заниматься, нужен капитан на корабле. Когда его нет — тогда корабль плывёт непонятно куда, а у нас корабль плывёт понятно куда, все знают зачем, все знают с какой скоростью он должен плыть, сколько топлива на борту, докуда хватит, где надо дозаправиться. Этим наш корабль отличается от других.

— Откуда приходят дети, из каких семей?

— Они не в состоянии платить даже 10 %. У нас спорт высших достижений, который финансируется бизнесом. Я не скрою, у меня даже есть несколько друзей «бизнезовых»: кто-то комплект лыж дарит, кто-то сборы оплачивает. Да, это небольшие суммы, но они тоже важны. Видя то, что делаю я, они тоже подключаются. Мне очень приятно, я вижу, что не одному мне это нужно. И, главное, они понимают, что это никто не украдет.

— Традиционно, из года в год вы входите в ТОП-10 самых богатых людей Украины. Это для вас успех? 

— Меня это вообще не интересует и никогда не интересовало. Правда.

— Какие чувства у вас появляются, когда ваши дети завоевывают медаль? 

— Это самое интересное, что есть в моей жизни и что приносит мне истинное наслаждение и удовольствие.

— На самом деле, содержать такой клуб и заниматься этим спортом, прививать любовь к этому спорту — это очень дорого. Это ваши большие расходы…

— Мы для этого и работаем, а почему нет? Кто-то работает для того, чтобы ездить на Мальдивы, а кто-то работает, чтобы детей воспитывать. У каждого свои задачи.

— В каком возрасте вы стали на лыжи? 

— Я в восемь лет уже катался в Днепре. Здесь, на этом стадионе. Я с первой секунды понял, что это мой вид спорта, как и мой сын сейчас: я как не пытался отдать его на дзюдо, на теннис — он бросил всё и сказал: «Папа, только водные лыжи». Я ему ничего не могу возразить.

— С восьми лет вы лет вы занимаетесь, были и в профессиональном спорте, и именно благодаря этому возникло желание создать эту базу, да? 

— Этот спорт двадцать лет назад совсем умер, вообще в Украине. Смотреть на это опустение и позор уже не было сил никаких, поэтому там несколько таких, как я, бывших воднолыжников, собрались и мы все вместе сели и сказали: «Давайте всё это возродим». Собственно, сегодня мы видим результат тринадцати лет работы.

— Вы родились не в Украине? 

— Я родился в России, потом с родителями переехал в Кривой Рог, а из Кривого Рога в Днепр. Папу переводили по работе, ну и я, соответственно, вместе с ним. Мне было семь лет, когда я переехал в Днепр. И уже здесь я закончил математический класс 43-й школы, здесь я закончил музыкальную школу, физико-технический факультет в университете, здесь я работал и продолжаю трудиться.

— В вашей биографии первая фирма, на которой вы работали, отмечается, что там уже было двадцать пять программистов? Что в то время было «программист» ?

— В то время лучшие программисты, которые были в городе, работали у нас. Это было совместное предприятие «Фианит». Я не берусь сегодня судить, насколько оно было совместное или несовместное, но специалисты были очень хорошие, очень высокого класса. Это позволяло на достаточном уровне работать с новой вычислительной техникой, которая начала производиться в IBM (International Business Machines), на 286, 386, потом и на 486 процессорах. Мы делали первые локальные сети в этой стране, мы пытались заниматься умными вещами, параллельно зарабатывая на технике, компьютерах, ксероксах, факсах, принтерах и на всём остальном, что тогда приносило баснословные деньги. Это был самый выгодный бизнес на тот момент, вот мы этим и занимались, а потом какой-то капитал сколотили. Капитал вложили в «ПриватБанк», у нас его украли, а сейчас мы его пытаемся вернуть назад (его или деньги, которые у нас украли). Это всё ещё впереди, наверное, будут длинные суды.

— Как вы познакомились с партнёрами, с которыми создали «ПриватБанк»? 

— В «Фианите» я познакомился с Геннадием Боголюбовым. Он пришёл, его, по-моему, Кирилл Данилов привёл. Константинов Николай, технический директор, сказал мне: «Посмотри, парень интересный». Я посмотрел, мы подружились, мы начали много общаться с ним, потом он привёл Коломойского. Потом мы объединились с Милославским, который в то время был тоже одним из директоров «Фианита», он позже просто пришёл в «Фианит», чем мы все. Потом появился Тигипко, вместе с ним решили открыть банк.

— В одном из интервью вы сказали, что на тот момент, когда Тигипко предложил создать «ПриватБанк», вы в принципе не совсем понимали, что это будет. 

— Интуитивно, я понимал, что это нужно делать обязательно. Что такое банк? Банк — это инструмент, то есть это возможность привлекать большие финансы, которые вы будете иметь возможность вкладывать в наиболее доходные виды бизнеса. С другой стороны — вы можете проводить финансовые операции быстро в каких-то, может, особых условиях, которых нет у всех остальных. Имея возможность это делать в больших объемах, быстро и достаточно эффективно.

— Когда вы поняли, что это будет именно тот «финансовый монстр», который будет самым крутым в Украине?

— Мы это поняли только тогда, когда он начал становиться этим «монстром». Надо отдать должное Сергею Тигипко, который достаточно эффективно вёл эту работу в первые годы работы банка. Естественно, это был такой же банк, как и все остальные, но,  который вырос потом в лучший банк Украины, и который у нас украли.

— Как вы думаете, в Украине когда-нибудь прекратится эта странная тенденция, как вы говорите, воровать чужие предприятия? 

— Прекратится, когда тех, кто ворует — начнут садить в тюрьму. Ну, например, Гонтареву, Порошенко, всех негодяев, мерзавцев. Тогда наступит порядок в Украине. На данный момент у меня позиция бизнесмена, у которого украли собственность. Если мы с вами говорим о спорте, то в спорте у меня государственная позиция. Только я это делаю вместо государства. (…) У нас даже формы нет украинской. Мы выступаем на чемпионате мира, становимся на пьедестал и на нашей форме написано «Sentosa waterski club». У нас спрашивают, вы что нарочно её не одеваете, а мы отвечаем: «нам её не дают».

— Почему нет поддержки спорта? 

— А вы спросите у Министерства спорта.

— За эти тринадцать лет, которые существует клуб, уже много поменялось министров…

— За тринадцать лет они не купили ни одного катера, ни одного костюма. Да, что-то выделяют: оплачивают поездку, проживание на чемпионатах Европы, но это всего пять процентов от наших расходов.

— Ваша база, я так понимаю, не только самая лучшая в Украине, но и, возможно, в Европе, да? 

— И в мире тоже. Она одна из лучших, потому что база во Флориде прекрасна тем, что там круглый год тепло, а у нас здесь лёд скоро будет стоять.

— В других странах есть на это государственное финансирование? 

— Ну, например, на подготовку юношеской сборной Италии бюджет полтора миллиона евро. Если бы у нас был бюджет миллион евро (я не говорю на подготовку юношеской, а на подготовку всех сборных) — я бы выходил каждый день и говорил: «Господи, дай здоровья министру спорта и всем, кто там работает». Но я так не говорю.

— Несмотря на то, что есть такая прекрасная база в Днепре, когда мы выходим за её пределы — видим не очень красивую картину. 

— Нет, мы никакую не видим картинку. Ноль.

— Почему? 

— Помимо факторов субъективных, есть объективные. Объективные факторы — это то, что у нас нет законодательства, которое поощряло меценатство в спорте и в культуре. Например, количество театров, которые сегодня есть в Днепре, и которые выглядят ужасно, просто потрясает. Количество спортивных клубов, выглядящих ужасно, тоже потрясает. Всё, что нужно — каким-то предпринимателям, которые не против 3-5 % перечислить на развитие спорта, дать им им эту возможность.

Алексей Мартынов

— Почему вы не пошли в политику и не захотели действительно внедрить все эти идеи?

— Я не пошел в политику по разным причинам. Потому что, если вы занимаетесь бизнесом, то вы не должны заниматься политикой, а если вы занимаетесь политикой, то вы не должны заниматься бизнесом – это два взаимоисключающих понятия. До сих пор мне это было не интересно, но раз вы меня так спрашиваете, то я подумаю о том, чтобы этим заняться. Значит, оставлю бизнес и пойду туда…

— Но для того, чтобы были действительно какие-то кардинальные изменения…

— Понимаете, мне неинтересно идти в Верховную Раду… Я как-то ближе все-таки к точке приложения усилий, где непосредственно ты, непосредственно работаешь и непосредственно даешь даже не указания, приказы… А ты строишь и формируешь систему управления чем бы то ни было. Вот что-то подобное меня бы, наверное, заинтересовало, я думаю об этом…

— То есть, мы говорим о местной политике все-таки, да?

— Посмотрим. Жизнь покажет.

— У вас был небольшой опыт политический, вы были депутатом областного совета. Ходили на сессии?

— Ходил.

— Не впечатлило?

— Так тогда ничего не могло впечатлить. Был Павел Иванович Лазаренко, который реально руководил всем. То есть, для того, чтобы вы, как депутат что-либо предложили и это как-то кто-то услышал, минимум, сначала нужно было подойти к нему, поделиться с ним, потом он бы он сказал. это интересно или это не интересно. И собственно, все. Потому что без него никто бы за ваши с вашей точки зрения интересные мысли никто бы не голосовал и не слушал.

— Вы думаете, что-то поменялось с тех пор?

— Вот я хочу, чтобы поменялось.

— А это было бы круто, потому что на местном уровне пока что ничего не поменялось, вот как вы рассказываете, как было при Лазаренко, точно так же сейчас.

— Я сейчас не нахожусь там, поэтому мне трудно объективно судить. Но, наверное, те процессы, которые там происходят, меня не устраивают. Если говорить о стране в целом. Меня тоже не устраивает. Я еще раз говорю, без четкого определения и четкого понимания чиновником, что он должен нести ответственность, если он вытворяет какие-то «чудеса», без этого ничего не будет работать. Мы будем в том же болоте, так же по колено, так же продолжать вот это вязкое движение то ли вперед, то ли назад.

— С вашим финансовым положением вы могли себе позволить давно уехать за границу…

— Я уезжал, я жил. Но все-таки я чувствую себя здесь. Я вернулся, детей вернул, дети ходят в школу, в садик, здесь, в Днепре. Все себя прекрасно чувствуют.

— Но обычно, люди с вашим финансовым положением детей хотя бы увозят из Украины, чтобы они видели другой мир.

—  Они видели его, они хорошо говорят на английском, немецком, теперь надо хорошо выучить свой родной язык.

— Ну, теперь точно надо идти в политику, чтобы дети, которые живут в Днепре, хорошо себя чувствовали.

— Вы меня все время подталкиваете идти в политику! Я думаю об этом, но пока что я занимаюсь тем, что мы вот переехали, мы дома.

— Возвращаясь к спорту, расскажите о самых главных ваших спортсменах. Кем вы сегодня можете гордиться?

— Все старшие, сборная, начиная от Данила Фильченко – он сегодня лидер, Алекс Самойлов, Стася Просветова, Соня Максименкова, Дамир Филаретов – наш юный 14-летний уже со следующего года он переходит в «до 17» , но у него три тысячи очков в многоборье, он по тысяче в каждом виде набрал на чемпионате Европы. Выше не бывает и не возможно, то есть, это все три результата по рекорду.

— Вы не покупаете звезд?

—  Ну я же здесь не бизнесом занимаюсь, я занимаюсь творчеством. Если бы я занимался бизнесом, то я бы кого-то покупал, кого-то продавал и на эту разницу жил. А у нас здесь другие задачи. У нас все украинцы, все местные, из Днепра. Мы тренируем их и с этой командой мы побеждаем на «европах», «мирах» и на всем остальном. Меня интересуют только титульные соревнования, вот честно, все эти турниры за деньги, где ребята просят поехать и выступить за призовой фонд…. Ну конечно, можно, себе на джинсы, на курточку, почему не заработать? Но я сторонник титульных соревнований.

— Вы мало того, что делаете славу Днепру в Европе и во всем мире, вы еще сюда привозите очень много наград.

— Мы привозим сюда и соревнования, у нас каждый год какие-то крупные старты происходят и мы эту тему с городом давно обсуждали, поэтому это осознанная программа, она не случайна. Каждый год сюда приезжают очень интересные соревнования: мира, Европы. В следующем году будет чемпионат мира среди студентов, это вообще универсиада, взрослая, человек триста приедет и тут на двух стадионах: один вот для катера, а второй – «Риксон». Мы его откроем и сделаем там вейк борд. Это будет 4-5 дней очень сильного зрелища.

— Показываете приезжим город?

— Да, вот у нас по универсиаде одно из условий, это то, что все приезжие студенты должны после отъезда иметь представление о регионе. Где они были. Много национального: песни, пляски – это все, понятно, это общая программа. Но я вот предложил переговорить с «Южмашем» и сделать экскурсию на ракетный завод, это, с моей точки зрения, для всех будет очень интересно! Кончено, под присмотром, под контролем.

— Мы говорили с вами об экологических проблемах, на самом деле, Днепр в ужасном состоянии и это делают сами люди… И ваши воспитанники все время находятся в воде, как улучшить экологическую ситуацию хотя бы с рекой?

— Как минимум, этим нужно заниматься и для этого должна быть какая-то программа вменяемая и внятная. Я на сегодня никакой программы в нашем государстве не вижу, её нет. То есть, не делается ничего вообще. Я не вижу, чтобы чистили русла, я не вижу ничего, не вижу судоходства, которое создает аэрацию для воды. Я вижу страшную работу ДнепроГЕС, соответственно, вода то падает, то поднимается и стоит. Течения нормального нет, нет течения – застой, водоросли, «зеленка», плюс шесть коллекторов, которые идут по Победе, они тоже создают свою атмосферу… Есть беда.

— Вы успешный человек, вы бизнесмен, спортсмен, меценат. Но что считаете определяющим для себя? В чём ваш секрет успеха?

— Ну, наверное, в том, что мне нравится гармонично жить, чтобы люди, которые вокруг меня, были счастливы, довольны. Чтобы дети, которых мы воспитываем, какую-то пользу от нас всех получили и вышли образованными интеллектуальными людьми. Чтобы не только водные лыжи, мы на самом деле, очень сильно контролируем и школьные занятия, и дневники, и все остальное. У нас такой комплексный подход, потому что если у вас будут расти дураки, то с дураками вы ничего не выиграете.




Теги

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть